Трогательная история о синдроме отложенной жизни, которым страдают многие из нас

У многих из нас есть привычка откладывать все хорошее и приятное на потом. А если особый случай, градус важности которого вы повысили до предела, никогда не наступит? Об этом проникновенная история писательницы Ольги Савельевой. Нам кажется, что...

У многих из нас есть привычка откладывать все хорошее и приятное на потом. А если особый случай, градус важности которого вы повысили до предела, никогда не наступит? Об этом проникновенная история писательницы Ольги Савельевой.

Нам кажется, что этот трогательный рассказ напомнит читателям, из чего действительно состоит жизнь.

У мамы в серванте жил хрусталь.

Салатницы, фруктовницы, селедочницы.

Все громоздкое, непрактичное.

И еще фарфор.

Красивый, с переливчатым рисунком цветов и бабочек.

Набор из 12 тарелок, чайных пар и блюд под горячее.

Мама покупала его еще в советские времена и ходила куда-то ночью с номером 28 на руке.

Она называла это: «Урвала».

Когда у нас бывали гости, я стелила на стол кипенно-белую скатерть.

Скатерть просила нарядного фарфора.

— Мам, можно?

— Не надо, это для гостей.

— Так у нас же гости!

— Да какие это гости! Соседи да баб Полина…

Я поняла: чтобы фарфор вышел из серванта, надо, чтобы английская королева бросила Лондон и заглянула в спальный район Капотни, в гости к маме.

Раньше так было принято: купить и ждать, когда начнется настоящая жизнь.

А та, которая уже сегодня, не считается.

Что это за жизнь такая?

Сплошное преодоление.

Мало денег, мало радости, много проблем.

Настоящая жизнь начнется потом.

Прямо раз — и начнется.

И в этот день мы будем есть суп из хрустальной супницы и пить чай из фарфоровых чашек.

Но не сегодня.

Когда мама заболела, она почти не выходила из дома. Передвигалась на инвалидной коляске, ходила с костылями, держась за руку сопровождающего.

— Отвези меня на рынок, — попросила мама однажды.

— А что тебе надо?

Последние годы одежду маме покупала я и всегда угадывала.

Хотя и не очень любила шопинг для нее: у нас были разные вкусы. И то, что не нравилось мне, наверняка нравилось маме.

Поэтому это был такой антишопинг: надо было выбрать то, что никогда не купила бы себе, и именно эти обновки приводили маму в восторг.

— Мне белье надо новое, я похудела.

У мамы хорошая, но сложная фигура, небольшие бедра и большая грудь, подобрать белье на глаз невозможно.

В итоге мы поехали в магазин.

Он был в торговом центре — при входе, на первом этаже.

От машины, припаркованной у входа, до магазина мы шли минут сорок. Мама с трудом переставляла больные ноги.

Пришли. Выбрали. Примерили.

— Тут очень дорого и нельзя торговаться, — сказала мама. — Пойдем еще куда-то.

— Купи тут, я же плачу, — говорю я. — Это единственный магазин твоей шаговой доступности.

Мама поняла, что я права, не стала спорить.

Мама выбрала белье.

— Сколько стоит?

— Неважно, — говорю я.

— Важно. Я должна знать.

Мама фанат контроля. Ей важно, что это она приняла решение о покупке.

— Пять тысяч, — говорит продавец.

— Пять тысяч за трусы?

— Это комплект из новой коллекции.

— Да какая разница под одеждой! — мама возмущена.

Я изо всех сил подмигиваю продавцу, показываю пантомиму. Мол, соври.

— Ой, — говорит девочка-продавец, глядя на меня, — я лишний ноль добавила. Пятьсот рублей стоит комплект.

— То-то же! Ему, конечно, триста рублей красная цена, но мы просто устали… Может, скинете пару сотен?

— Мам, это магазин, — вмешиваюсь я. — Тут фиксированные цены. Это не Черкизон.

Я плачу с карты, чтобы мама не видела купюр. Тут же сминаю чек, чтобы лишний ноль не попал ей на глаза.

Забираем покупки. Идем до машины.

— Хороший комплект. Нарядный. Я специально сказала, что не нравится, чтоб интерес не показывать. А вдруг бы скинули нам пару сотен. Никогда не показывай продавцу, что вещь тебе понравилась. Иначе ты на крючке.

— Хорошо, — говорю я.

— И всегда торгуйся. А вдруг скинут?

— Хорошо.

Я всю жизнь получаю советы, которые не применимы в моем мире.

Я называю их пейджерами.

Вроде как они есть, но в век мобильных уже не надо.

Однажды маме позвонили в дверь. Она долго-долго шла к двери. Но за дверью стоял терпеливый и улыбчивый молодой парень.

Он продавал набор ножей.

Мама его впустила не задумываясь.

Неходячая пенсионерка впустила в квартиру широкоплечего молодого мужика с ножами. Без комментариев.

Парень рассказывал маме про сталь, про то, как нож может разрезать носовой платок, подкинутый вверх, на лету.

— А я без мужика живу, в доме никогда нет наточенных ножей, — пожаловалась мама.

Проявила интерес. Хотя сама учила не проявлять.

Это было маленькое шоу. В жизни моей мамы было мало шоу. То есть много, но только в телевизоре. А тут — наяву.

Парень не продавал ножи. Он продавал шоу. И продал.

Парень объявил цену. Обычно этот набор стоит 5 тыс., но сегодня всего 2,5. И еще в подарок кулинарная книга.

«Ну надо же! Еще и кулинарная книга!» — подумала мама, ни разу в жизни не готовившая по рецепту: она чувствовала продукт и знала, что и за чем надо добавлять в суп.

Мама поняла: ножи надо брать.

И взяла.

Пенсия у мамы — 9 тыс. Если бы она жила одна, то хватало бы на коммуналку и хлеб с молоком.

Без лекарств, без одежды, без нижнего белья. И без ножей.

Но так как коммуналку, лекарства, продукты и одежду оплачивала я, то мамина пенсия позволяла ей чувствовать себя независимой.

На следующий день я приехала в гости.

Мама стала хвастаться ножами. Рассказала про платок, который прям на лету можно разрезать.

Зачем резать платки на лету — и вообще зачем резать платки? Я не понимала этой маркетинговой уловки, ну да Бог с ними.

Я знала, что ей впарили какой-то китайский ширпотреб в нарядном чемоданчике. Но молчала.

Мама любит принимать решения и не любит, когда их осуждают.

— Так что же ты спрятала ножи, не положила на кухню?

— С ума сошла? Это на подарок кому-то. Мало ли в больницу загремлю, врачу какому. Или в собесе, может, кого надо будет за путевку отблагодарить…

Опять на потом. Опять все лучшее — не себе. Кому-то. Кому-то более достойному, кто уже сегодня живет по-настоящему, не ждет.

Мне тоже генетически передался этот нелепый навык: не жить, а ждать.

Моей дочке недавно подарили дорогущую куклу. На коробке написано «Принцесса». Кукла и правда в шикарном платье, с короной и волшебной палочкой.

Дочке полтора годика. Остальных своих кукол она возит за волосы по полу, носит за ноги, а любимого пупса как-то чуть не разогрела в микроволновке.

ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ, ПЕРЕЙДИТЕ НА СЛЕДУЮЩУЮ СТРАНИЦУ
Понравилось? Поделись с друзьями: